Храм святителя Василия Великого

На главную ‹ Жития Святых

Священномученик Владимир (Чекалов), священник

Священномученик Владимир родился 10 июля 1880 года в селе Пухлимо Кимрского уезда Тверской губернии в семье священника Дмитрия Чекалова. Владимир окончил Духовную семинарию и был призван в армию, где служил в чине прапорщика; в 1904 году был уволен в запас. В 1908 году Владимир Дмитриевич был рукоположен в сан диакона, а затем в сан священника и до конца жизни служил в храмах Тверской епархии[1].

В начале тридцатых годов он служил в храме в селе Васюнино Краснохолмского района. Когда началось гонение, от о. Владимира потребовали заплатить непосильный налог, произвольно назначенный председателем сельсовета и никак не сообразующийся с реальными доходами священника, что и стало поводом для изъятия всего его имущества.

Опасаясь дальнейших преследований властей, о. Владимир в июне 1932 года переехал в село Никитское Калязинского района, надеясь, что с нищего священника ничего не возьмут, но здесь от него потребовали, чтобы он подписался на заем в сто рублей. Одновременно ОГПУ стало собирать о священнике сведения, чтобы иметь возможность его арестовать, и дело кончилось тем, что 3 января 1933 года о. Владимир был арестован и заключен в Калязинскую тюрьму.

Начались допросы. Кое-кто показал, будто о. Владимир говорил: "Власти настроили каких-то колхозов, управлять ими не умеют, и все это происходит потому, что и вы, православные, отступили от Бога. Советская власть, додумавшись уничтожать крестьян, выдумала рыть канал, а это значит, что все близлежащие деревни к Волге будут сносить, а вас ссылать в отдаленные места"[2]. "Священник Чекалов в село Никитское прибыл в июне месяце 1932 года. В декабре Чекалов, говоря в церкви проповедь, коснулся слуха о сгноении картофеля в деревне Карповке. По этому вопросу он говорил: "Вот как жить без Бога, и всегда при советской власти так будет происходить, сделали ни себе ни людям. Если бы не было колхозов, то такого количества сгноенной картошки не было, и нам тогда жилось бы лучше"[3].

Вызванный 9 января на допрос о. Владимир, отвечая на вопросы следователя, сказал:

– В сентябре, ходя по сбору хлеба по деревням, я прихожанам говорил: "Где я работал священником, на меня... наложили очень великий налог, я его не выполнил, так у меня отобрали все имущество, сюда переехал, и здесь... председатель сельсовета в обязательном порядке навязал займу на сто рублей, а где их мне взять, надо тоже отсюда удирать, вот пришла жизнь, живи да мучайся, и все нас давит эта безбожная власть". Я это недовольство высказал потому, что у меня все отобрали. В приводимых же мне еще фактах антисоветской и контрреволюционной агитации виновным себя не признаю[4].

28 февраля Тройка ОГПУ приговорила священника к трем годам заключения в исправительно-трудовой лагерь[5].

В 1936 году о. Владимир вернулся на родину в Тверскую область и стал служить в храме села Волкова. Положение приходских храмов теперь стало еще труднее, чем раньше, в начале тридцатых годов. По всему было видно, что власти стремятся закрыть их все и под любым предлогом – будь то невыплата задолжности за аренду храма или не сделанный вовремя по требованию властей ремонт; в этом случае составлялся акт, что верующие не способны содержать храм в порядке или что он находится в аварийном состоянии, а прихожане не могут привести храм в порядок. В таком случае церковь могли отобрать и засыпать в нее зерно. Отец Владимир решил служить до последнего, что бы его ни ждало впереди, и в этом ему помогала его супруга, Надежда Павловна, которая исполняла в храме обязанности псаломщицы.

23 июля 1937 года председатель Волковского сельсовета и секретарь, который одновременно был в Волкове комсоргом, отправили начальнику районного отделения НКВД докладную записку. В ней они писали, что священник Владимир Дмитриевич Чекалов и председатель церковного совета Иван Михеевич Михеев "ведут антисоветскую пропаганду, как-то: в первой половине июня 1937 года пускали брехню и объявляли это самое во время служения в церкви, якобы 20 июня сего года будет сильная гроза и побьет все хлеба, и колхозники останутся без хлеба, и побьет много народу, а предпосылок к тому, чтобы ожидать грозу, не было.

В настоящее время церковь ремонтируется, несмотря на то, что она должна государству обязательных платежей на сумму 1679 рублей, и плюс к тому бросают реплику "назло советской власти", то есть, хотя мы и должны обязательных платежей 1679 рублей, а церковь отремонтируем. Церковь ремонтируют, а деньги не платят.
Несмотря на предупреждение сельсовета не проводить собрания церковных советов без его разрешения, все же хоть нелегальным путем, но проводят..."[6]

27 июля начальник районного НКВД приехал в Волковский сельсовет и предложил одному из подписавших донос, восемнадцатилетнему комсоргу, проследовать с ним в дом священника в качестве понятого для обыска и ареста последнего. При обыске нашли несколько писем, написанных знакомыми о. Владимира, которые и взяли. После обыска священнику было объявлено, что он арестован, а затем его доставили в Тверскую тюрьму.

Начались вызовы "дежурных свидетелей". Одного из них следователь спросил:

– Расскажите о проводимой контрреволюционной агитации против политики партии и советской власти со стороны попа волковской церкви, Владимира Дмитриевича Чекалова.

– Поп волковской церкви, Владимир Дмитриевич Чекалов, за проводимую контрреволюционную агитацию против партии и советской власти был судим органами ОГПУ, по отбытии наказания прибыл в 1936 году в село Волково.

– Вы уклонились от конкретных фактов контрреволюционной агитации против советской власти Чекаловым, следствие требует ответа по существу заданного вам вопроса.

– В мае 1937 года Чекалов в здании церкви собирал членов церковного совета и других граждан, среди которых проводил антисоветскую агитацию против советской власти и говорил, что настало время, когда религия должна воскреснуть, ибо она создана Богом, а не советской властью, и все граждане должны отстаивать права религии, которые попираются советской властью. В результате агитации увеличивается посещение церкви населением, кроме того, Чекалов в июле 1937 года среди местного населения собирал средства на восстановление церкви. Чекалов говорил, что советская власть не имеет права препятствовать укреплению религии.

– Что вам известно о нелегальном сборе средств среди населения на восстановление церкви села Волкова со стороны церковного старосты Михеева Ивана Михеевича? – спросил следователь председателя колхоза.

– Церковный староста села Волкова, Михеев Иван Михеевич, в июле месяце 1937 года, хорошо не помню какого числа, приходил ко мне на дом и просил денег на восстановление церкви. Я ему ответил, что денег у меня нет и платить не буду. Кроме того, церковный староста Михеев для нелегального сбора денежных средств на церковь, посылал членов церковного совета; сколько ими собрано денег, я хорошо не знаю, так как этим вопросом не интересуюсь[7].

Секретаря сельсовета, написавшего донос и участвовавшего в аресте священника, следователь решил не утруждать вызовом и переписал его донос в виде допроса – вопросов и ответов, и сам за него расписался.

27 июля следователь допросил священника.

– Вы обвиняетесь в проводимой контрреволюционной агитации против партии и советской власти.

– Контрреволюционной антисоветской агитации против партии и советской власти я не проводил.

– Вы следствию говорите неправду. Следствие располагает достаточными материалами о том, что вы среди населения проводите контрреволюционную агитацию против партии и советской власти. Следствие требует от вас дать показания по существу заданного вам вопроса.

– Повторяю, что с моей стороны никакой контрреволюционной агитации против партии и советской власти я не проводил.

– Вы в мае месяце 1937 года, а затем в июле 1937 года среди населения проводили контрреволюционную агитацию против политики партии и советской власти. Следствие требует от вас показаний по существу заданного вопроса.

– В мае 1937 года и в июле 1937 года среди населения никакой контрреволюционной агитации против политики партии и советской власти я не проводил.

– Признаете ли себя виновным в предъявленном вам обвинении?

– Виновным себя в предъявленном обвинении не признаю и повторяю, никакой агитации не вел[8].

27 сентября Тройка НКВД приговорила о. Владимира к расстрелу. Священник Владимир Чекалов был расстрелян через несколько дней, 1 октября 1937 года[9].

Дополнение

Со дня му­че­ни­че­ской кон­чи­ны о. Вла­ди­ми­ра про­шла чет­верть ве­ка; мно­гие из его со­вре­мен­ни­ков умер­ли, иные бы­ли уби­ты во вре­мя Ве­ли­кой Отечественной вой­ны, иные, ве­ро­ят­но, рас­кая­лись в со­де­ян­ном – в пре­да­тель­ст­ве и лже­сви­де­тель­ст­ве. Но бы­ло не­ма­ло лю­дей, ко­то­рые не рас­кая­лись. Че­рез двадцать пять лет был вы­зван для пе­ре­до­про­са быв­ший сек­ре­тарь сель­со­ве­та.

– Че­ка­ло­ва Вла­ди­ми­ра Дмит­рие­ви­ча вы зна­ли? – спро­си­ли его.

– Че­ка­ло­ва я знал. Он слу­жил по­пом в се­ле Вол­ко­во, про­жи­вал в цер­ков­ной сто­рож­ке. Имя и от­че­ст­во Че­ка­ло­ва я не знал.

– В ка­ких взаи­мо­от­но­ше­ни­ях вы на­хо­ди­лись с Че­ка­ло­вым?

– Ни­ка­ких от­но­ше­ний у ме­ня с по­пом Че­ка­ло­вым не бы­ло. Я с ним не встречал­ся и ни­ка­ких об­ще­ний не имел.

– Что вам из­вест­но о по­ли­ти­че­ских на­строе­ни­ях Че­ка­ло­ва?

– По­сколь­ку я с Че­ка­ло­вым лич­но не встре­чал­ся и на по­ли­ти­че­ские те­мы не раз­го­ва­ри­вал, оха­рак­те­ри­зо­вать его по­ли­ти­че­ские на­строе­ния за­труд­ня­юсь. В 1937 го­ду от ме­ст­ных жи­те­лей, ко­го не пом­ню, я ус­лы­шал, что поп Че­ка­лов распро­стра­ня­ет про­во­ка­ци­он­ные слу­хи о том, что ле­том яко­бы бу­дет боль­шая гро­за с гра­до­би­ти­ем, по­бьет весь хлеб на по­лях, в ре­зуль­та­те на­род ос­та­нет­ся голод­ным. По­это­му на­род дол­жен боль­ше мо­лить­ся и не от­хо­дить от церк­ви. Также от ме­ст­ных жи­те­лей я слы­шал, что Че­ка­лов сни­ма­ет у пио­не­ров крас­ные гал­сту­ки. Где и при ка­ких об­стоя­тель­ст­вах Че­ка­лов до­пус­кал та­кие пре­ступ­ные дей­ст­вия, мне лич­но из­вест­но не бы­ло. Это все я слы­шал от ме­ст­ных жи­те­лей, кого не пом­ню. Ра­бо­тая в то вре­мя сек­ре­та­рем сель­со­ве­та и бу­ду­чи сек­ре­та­рем комсомольской ор­га­ни­за­ции, я счи­тал сво­им дол­гом со­об­щить о по­ве­де­нии по­па Че­ка­ло­ва в ор­га­ны го­су­дар­ст­вен­ной безо­пас­но­сти, что и сде­лал.

– Чем же­лае­те до­пол­нить свои по­ка­за­ния?

– Свои по­ка­за­ния до­пол­нить ни­чем не же­лаю. Хо­чу лишь ска­зать, что правиль­но то­гда сде­ла­ли, за­крыв в се­ле Вол­ко­во цер­ковь и изо­ли­ро­вав по­па, так как ря­дом с цер­ко­вью бы­ла шко­ла и про­во­див­шие­ся то­гда в церк­ви богослужения отри­ца­тель­но влия­ли на вос­пи­та­ние де­тей (Ар­хив УФСБ РФ по Твер­ской обл. Арх. № 17545-С. Л. 33-34).

Вы­зван­ный то­гда же быв­ший пред­се­да­тель сель­со­ве­та на во­про­сы следовате­ля от­ве­тил так:

– Че­ка­лов Вла­ди­мир Дмит­рие­вич был свя­щен­ни­ком в вол­ков­ской церк­ви. Я его знал, но не­по­сред­ст­вен­ных взаи­мо­от­но­ше­ний с ним ма­ло имел. Его арестовали еще до вой­ны, не пом­ню в ка­ком го­ду.

– Вам из­вест­но, за что он был аре­сто­ван?

– Че­ка­лов про­слу­жил в церк­ви се­ла Вол­ко­ва го­да два-три, точ­но не пом­ню сколь­ко. На­стро­ен он был не­при­яз­нен­но к со­вет­ской вла­сти, осо­бен­но ему не нра­ви­лись кол­хо­зы. Сам я по­доб­но­го ро­да вы­ска­зы­ва­ний с его сто­ро­ны не слышал, но мне го­во­ри­ли об этом дру­гие кол­хоз­ни­ки. Бы­ва­ло, по­про­сишь Чекалова зай­ти в сель­со­вет по­бе­се­до­вать, он не пой­дет, а толь­ко ска­жет: “Заходите ко мне, ес­ли вам нуж­но” (Ар­хив УФСБ РФ по Твер­ской обл. Арх. № 17545-С. Л. 40).


Игумен Дамаскин (Орловский)

«Мученики, исповедники и подвижники благочестия
Русской Православной Церкви ХХ столетия.
Жизнеописания и материалы к ним. Книга 3»
Тверь. 2001. С. 227-230


Примечания

--------------------------------------------------------------------------------

[1] Ар­хив УФСБ РФ по Твер­ской обл. Арх. № 4520-С. Л. 4.
[2] Там же. Л. 8.
[3] Там же. Л. 12.
[4] Там же. Л. 5-6.
[5] Там же. Л. 20.
[6] Там же. Арх. № 17545-С. Л. 21.
[7] Ар­хив УФСБ РФ по Твер­ской обл. Арх. № 4520-С. Л. 13, 15.
[8] Там же. Л. 7.
[9] Там же. Л. 24-25

 ←  Священномученик Михаил (Скобелев), священник

Священномученик Константин (Голубев), протоиерей и иже с ним два мученика  →