Врачебная комиссия

Здравствуйте, уважаемая Елена Васильевна!
Не могли бы Вы мне дать совет по моей проблеме?
Мне 26 лет. В мае 2009 года мне на МСЭК установили пожизненно 1 группу инвалидности с 3 степенью ограничения способности к трудовой деятельности. Врачи на МСЭК запретили мне где бы то ни было работать, то есть полностью запретили трудиться из-за состояния моего здоровья, а в индивидуальной программе реабилитации мне написали «нетрудоспособен». До признания инвалидом я тоже нигде не работал. По специальности я социальный педагог.
У меня такие диагнозы: болезнь Бехтерева (заболел в 17 лет), артрозы плечевых суставов, артриты суставов пальцев рук, лучезапястных и локтевых суставов, контрактуры тазобедренных суставов (4 рентгенологическая стадия), анкилозы коленных суставов в функционально невыгодном положении при невозможности эндопротезирования. Сижу в инвалидной коляске. Ходить не могу.
Состою на диспансерном учете у участкового врача-терапевта. Два месяца назад я прочитал в газете объявление о том, что организации требовались диспетчеры на телефон и организация набирала инвалидов. Я дал маме телефон и мама звонила, но ей ответили, что берут на работу только тех инвалидов, у которых есть трудовая рекомендация, а чтобы ее получить, надо снова обращаться в МСЭК. На очередном осмотре у врача-терапевта мама попросила ее направить меня на врачебную комиссию, чтобы комиссия направила меня на МСЭК для получения трудовой рекомендации. Врач-терапевт сказала: «О какой работе может идти речь, если он практически лишен способности к самообслуживанию? Ему дома в памперсе надо сидеть под постоянным присмотром сиделки, а не о работе думать! Вы только подумайте, что я должна буду написать в направлении, что состояние мальчика улучшилось настолько, что он может работать? Вы же мама, сами видите, что состояние его только ухудшается! А если что с ним случится, кто будет отвечать? Я за него отвечаю, так как он находится на диспансерном учете у меня. Была бы вторая группа...

Автор: Владимир Николаевич